Category: история

Category was added automatically. Read all entries about "история".

sakharov

Читаем Сахарова

На этой фотографии - А.Д. Сахаров и И.В. Курчатов, снимок сделан в 1958 году. За ней - такая история.



СССР принял решение об одностороннем прекращении ядерных испытаний, о чем Хрущев объявил официально 31 марта, вступая на пост Председателя Совета министров. Кстати, когда это решение готовилось, Сахарова для консультаций вызывали к Суслову, и Андрей Дмитриевич страстно его поддержал. Примерно в это же время Курчатов опубликовал две - одну в газете "Правда", другую в журнале "Советский Союз" - статьи, они назывались "Термоядерная энергия – основа энергетики будущего" и "Термоядерная энергетика вместо водородных бомб".

Вскоре после этого Сахаров прислал Курчатову рукопись своей статьи "О радиоактивной опасности ядерных испытаний". Вот как он рассказывает об этом в "Воспоминаниях":
«Одновременно со статьей для научного журнала я, по просьбе Курчатова, написал статью для широкой публикации. <...> В начале я пишу об историческом значении решения Верховного Совета СССР об одностороннем прекращении испытаний, утверждая, что оно представляет собой реальный шаг на пути к запрещению ядерного оружия, к уменьшению опасности ядерной войны. <...> Далее я излагаю суть проблемы ядерной опасности и привожу свои оценки <...> Кончаю я полемическими замечаниями по поводу некоторых утверждений в книге Э.Теллера и А.Лэттера “Наше ядерное будущее”».
И далее: «Публикация моих научной и популярной статей была осуществлена по личному разрешению Н.С.Хрущева. Курчатов дважды беседовал с ним по этому поводу. И.В. передал (или сам предложил) несколько редакционных исправлений. Тогда они не казались мне принципиальными <...> Исправленные варианты Хрущев утвердил уже в конце июня, и они были немедленно переданы в редакции».
Это июль 1958 г.

Но не тут-то было: «США и Великобритания начали большую серию испытательных взрывов… Одновременно началась пропагандистская перепалка в прессе <...> Между тем выяснилось, что намеченные объектом к испытанию изделия чрезвычайно важны <...> Пока мы обсуждали <...> создавшуюся ситуацию, пришло распоряжение Хрущева – готовиться к возобновлению испытаний <...> вопрос был решен безотносительно к техническим проблемам, чисто политически. На объекте начался “аврал” подготовки к проведению испытаний поздней осенью. Мне все происходящее казалось совершенно недопустимым именно в политическом и моральном плане».
Поэтому в конце августа А.Д. Сахаров едет к И.В.Курчатову с предложениями по поводу предстоящего возобновления ядерных испытаний. «Встреча с Игорем Васильевичем состоялась <...> в его домике во дворе института. Часть разговора происходила на скамейке около домика <...> Игорь Васильевич выслушал меня внимательно, в основном согласился с моими тезисами. Он сказал: “Хрущев сейчас в Крыму <...> Я вылечу к нему <...>”. Наш разговор продолжался около часа… Поездка Игоря Васильевича в Ялту к Хрущеву не увенчалась успехом. Упрямый Никита нашел наши предложения неприемлемыми <...> я <...> слышал, что Никита был очень недоволен приездом Курчатова».
sakharov

Семинар "Новейшая история: протесты и реакция. Октябрьские события 1993 г. в Москве"

Сахаровский Центр и Аналитический центр Юрия Левады представляют
Цикл семинаров «Новейшая история: протесты и реакция»

В последние десятилетия на политическую сцену все активнее выходят обычные граждане. Гражданские движения – стихийные и организованные - все больше определяют политическую повестку дня, судьбу политических режимов и результат конкуренции политических сил.
Прилагательное «обычные», безусловно, стоит брать в кавычки. Протест не является повседневным состоянием обывателя. В то же время очевидно, что протестующие не являются не только профессиональными политиками, но чаще всего и профессиональными активистами.
Что это – глобальная мода, политические технологии, тектонические сдвиги «социальной геологии»? При ближайшем рассмотрении за каждым протестным движением начинает проглядывать уникальная общественная ситуация в каждой конкретной стране.
Мы будем говорить о разнообразных кейсах, очевидных и не очень, стремясь к пониманию окружающей нас социальной реальности.

21 октября 2013 г. (понедельник) в 19 часов
Семинар «Октябрьские события 1993 г. в Москве»



Первую встречу мы решили посвятить событиям октября 1993 г. Среди определений тех событий, мелькавших в сегодняшних медиа (гражданская война, расстрел парламента, защита завоеваний 1991 г. и т.п.), меньше всего, как представляется, говорилось о том, что в те дни российские граждане в последний раз принимали массовое активное участие в политической борьбе.

Вопросы и темы для обсуждения:
• 1993 год: борьба элит за власть или глубокий социально-политический конфликт? Была ли угроза гражданской войны?
• Социальная база участников противостояния: какие общественные интересы и группы стояли за конфликтующими сторонами? Сколько сторон можно выделить в конфликте (только две – или больше)?
• Защитники Белого дома в 1991 и 1993: различия социологического портрета.
• Можно ли говорить о существовании «антиреформистского» протестного движения?
• Насколько было вовлечено российское общество, или же это была "московская история"? Насколько были вовлечены москвичи (тема большинства и меньшинства, тема общественного мнения вчера и сегодня)?

В семинаре примут участие:
Денис Волков, социолог Левада-Центра
Татьяна Ворожейкина, ведущий научный сотрудник Левада-Центра
Борис Дубин, социолог, переводчик;
Памела Килпади, журналист
Олег Орлов, член совета Международного общества «Мемориал»
Ведущий – Сергей Лукашевский, историк, директор Сахаровского центра.

Наш адрес: Земляной вал 57 стр. 6, м. Курская, тел. (495) 623 4401, 623 4420
Дискуссия будет доступна онлайн: http://www.ustream.tv/channel/sakharov-center

Вход свободный
sakharov

Международные дебаты "Холокост и Победа как отправные точки современной политики"

"Бёлль в гостях у Сахарова" - Международные дебаты
24 сентября (вторник) в 19:30

Холокост и Победа как отправные точки современной политики


Историческая память о Второй мировой войне и Холокосте в современной Европе постепенно утрачивает национальные и территориальные границы. Она приобрела космополитический характер и ориентируется на универсальные ценности, такие как права человека и понятие преступления против человечности. Однако не все границы стерты. Память о Холокосте – уничтожении еврейского народа – является наднациональной европейской памятью, но для Германии эта коллективная память стала еще и памятью о виновности, превратились в политический фактор международных отношений. История Холокоста создала там дополнительный уровень правовой справедливости, моральные основания для общенациональных правовых норм. В России же фундаментом политических и ценностных ориентиров является победа в Великой Отечественной войне, которая, напротив, способствовала закреплению российской политической идентичности и в каком-то смысле противопоставила ее европейской.

Что происходит с нашей исторической памятью? Как ключевые события истории – Холокост и Великая Отечественная война – влияют на политику государств сегодня? Почему в России европейская трагедия – Холокост – не стала источником моральных императивов? Можно ли интегрировать в поле общеевропейской памяти российское общество, находящееся в системе собственных национальных и этнических взглядов на порядок вещей в мире?

Ответить на эти вопросы и принять участие в открытой дискуссии Фонд им. Генриха Бёлля и Сахаровский центр пригласили международных и российских экспертов. Наши гости:
Хаббо Кнох – историк, руководитель Фонда "Нижнесаксонские памятники", преподаватель новейшей истории в университете города Геттинген (Германия).
Ксения Полуэктова-Кример – культуролог, историк и исследователь Холокоста, докторант Центрально-Европейского Университета в Будапеште, пост-докторант Еврейского Университета в Иерусалиме.
Мумин Шакиров – журналист, режиссер, автор кинопроекта «Холокост – это клей для обоев?».
Ирина Щербакова - историк, руководитель образовательных программ общества "Мемориал".

Дискуссия предваряет конференцию «Память о Холокосте в современной Европе: общее и разделяющее», которая пройдет 25-26 сентября (начало в 10:00) в "Мемориале".

Принять участие в семинаре-дискуссии, задать вопросы и высказать свое мнение смогут и все желающие.

Место проведения: Сахаровский центр, Земляной Вал 57 стр. 6, м. Курская, тел. (495) 623 4401, 623 4420.

Производится синхронный перевод немецкого языка на русский и с русского языка на немецкий. Онлайн-трансляция будет доступна на канале Сахаровского центра: http://www.ustream.tv/channel/sakharov-center

Несколько раз в году российский офис Фонда имени Генриха Бёлля проводит в сотрудничестве с Сахароский центром дебаты темы, связанные с международными событиями и явлениями. Эксперты из Европы, России и других стран знакомят слушателей с точками зрения на актуальное положение дел, прогнозами и отвечают на интересующие аудиторию вопросы.
Контактное лицо: Нурия Фатыхова, Программный координатор Филиала Фонда имени Генриха Бёлля в Москве, тел. (499) 254-1453.
sakharov

Для тех, кому читать gogol_tv удобнее, чем смотреть

Опубликованы расшифровки диалогов и видеозаписей наших дискуссий:

"История науки и свободы". Лекция биографа Сахарова Геннадия Горелика о причинах возникновения физики в Европе XVII века.

"В стране невыученных уроков". Психологи Анна Шор-Чудновская (Вена) и Каролина Солоед (Москва) говорят о российских пассивности и равнодушии как следствии не проведенной работы с исторической памятью.

"Партия, дай порулить!" Муниципальный депутат и гражданский активист Константин Янкауская с и социолог Левада-центра Денис Волков - о Партии V декабря.

"Потерянный вкус свободы". Семинар "Бердяев и Pussy Riot" из кикла "Концептосфера Pussy Riot".
sakharov

Выставка одного экспоната: Мертвая дорога для живых людей

14 февраля (четверг) в 19:00

На очередной встрече в рамках проекта «Выставка одного экспоната» мы представим хранящиеся в фондах Музея Сахаровского центра отчет и материалы исследовательской экспедиции по маршруту Мертвой дороги, состоявшейся в 1982 году, и покажем документальный фильм «Мертвая дорога» (телеканал «Россия-1», 2012).


Мертвая дорога, она же Трансполярная магистраль – железная дорога Чум – Салехад - Игарка, строительство которой велось в 1947 – 1953 годах и было брошено незаконченным. Одна из самых крупных и едва ли не самая неэффективная из строек ГУЛАГа, забытый проект, стоивший стране более 40 миллиардов рублей и 100 тысяч загубленных жизней. Сегодня функционируют несколько ее изолированных фрагментов. Остальное представляет собой оплывшие насыпи, искривленные вечной мерзлотой рельсы, лес, проросший сквозь пути, обрушившиеся мосты, окаменевшие ржавые паровозы и давно заброшенные лагпункты и зэковские кладбища по сторонам.

Многие объекты Мертвой дороги имеют статус объектов культурного наследия, но может ли государство обеспечить такому наследию должную охрану? И хочет ли? Сегодня государство снова ведет железнодорожное строительство в Заполярье, разрушая руины 50-х. Зачем сегодняшней стране страшная память? Что делать с ней? Богатые сырьевые регионы Севера, конструируя региональную идентичность, сталкиваются с вызовом местной истории так же, как сталкивается с тем же вызовом большая страна. Рассматривая эту драму в миниатюре мы, возможно, станем лучше понимать, что происходит вокруг нас.

Нашим собеседником будет автор сценария фильма «Мертвая дорога» историк Виктор Хохлов.
Модератор - координатор выставочной деятельности Сахаровского центра Наталья Самовер.

Наш адрес: Земляной вал 57 стр. 6, м. Курская.
Вход свободный.
sakharov

Страницы жизни академика Сахарова: "Письмо двадцати пяти"

В начале 1966 г. А.Д. Сахаров активно занимался научной работой: сдал (в соавторстве с Я.Б. Зельдовичем) статью "Кварковая структура и массы сильновзаимодействующих частиц", готовил следующую - она называлась "О максимальной температуре теплового излучения". И в то же самое время он включился в подготовку знаменитого "Письма двадцати пяти" против начавшейся в то время ползучей реабилитации Сталина и сталинизма. Вот что писал об этом сам Сахаров в "Воспоминаниях":
"В январе 1966 года бывший сотрудник ФИАНа, в то время работавший в Институте атомной энергии, Б. Гейликман, наш сосед по дому, привел ко мне низенького, энергичного на вид человека, отрекомендовавшегося: Эрнст Генри, журналист. Как потом выяснилось, Гейликман сделал это по просьбе своего друга академика В. Л. Гинзбурга.

Гейликман ушел, а Генри приступил к изложению своего дела. Он сказал, что есть реальная опасность того, что приближающийся ХХIII съезд примет решения, реабилитирующие Сталина. Влиятельные военные и партийные круги стремятся к этому. Их пугает деидеологизация общества, упадок идеалов, провал экономической реформы Косыгина, создающий в стране обстановку бесперспективности. Но последствия такой «реабилитации» были бы ужасными, разрушительными. Многие в партии, в ее руководстве понимают это, и было бы очень важно, чтобы виднейшие представители советской интеллигенции поддержали эти здоровые силы. [...] Письмо не вызвало моих возражений, и я его подписал. Сейчас, перечитывая текст, я нахожу многое в нем «политиканским», не соответствующим моей позиции (я говорю не об оценке преступлений Сталина – тут письмо было и с моей теперешней точки зрения правильным, быть может несколько мягким, – а о всей системе аргументации). Но это сейчас. А тогда участие в подписании этого письма, обсуждения с Генри и другими означали очень важный шаг в развитии и углублении моей общественной позиции. Генри предупредил меня, что о письме будет сообщено иностранным корреспондентам в Москве. Я ответил, что у меня нет возражений. [...]

Сейчас я предполагаю, что инициатива нашего письма принадлежала не только Э. Генри, но и его влиятельным друзьям (где – в партийном аппарате, или в КГБ, или еще где-то – я не знаю). Генри приходил еще много раз. Он кое-что рассказал о себе, но, вероятно, еще о большем умолчал. Его подлинное имя – Семен Николаевич Ростовский. В начале 30-х годов он находился на подпольной (насколько я мог понять) работе в Германии, был, попросту говоря, агентом Коминтерна. Вблизи наблюдал все безумие политики Коминтерна (т.е. Сталина), рассматривавшего явный фашизм Гитлера как меньшее зло по сравнению с социал-демократическими партиями с их плюрализмом и популярностью, угрожавшими коммунистическому догматизму и единству и монопольному влиянию в рабочем классе. Сталин уже тогда считал, что с Гитлером можно поделить сферы влияния, а при необходимости – уничтожить; а либеральный центр – это что-то неуправляемое и опасное. Эта политика и была одной из причин, способствовавших победе Гитлера в 1933 году. Ростовский в ряде статей выступал против опасности фашизма; наибольшую славу принесла ему книга "Гитлер над Европой", написанная в 1936 году и вышедшая под псевдонимом Эрнст Генри, придуманным женой Уэллса. Впоследствии этот псевдоним стал постоянным. У Генри была интересная самиздатская статья о Сталине – он мне ее показывал, так же как и свою переписку с Эренбургом на эту тему. Но Генри ни в коем случае не был "диссидентом".
"Письмо двадцати пяти" было направлено Брежневу 14 февраля 1966 г. В нем, в частности, говорилось: "Нам до сего времени не стало известно ни одного факта, ни одного аргумента, позволяющих думать, что осуждение культа личности было в чем-то неправильным. Напротив, трудно сомневаться, что значительная часть разительных, поистине страшных фактов о преступлениях Сталина, подтверждающих абсолютную правильность решений обоих съездов, еще не предано гласности. [...] Мы считаем, что любая попытка обелить Сталина таит в себе опасность серьезных расхождений внутри советского общества. На Сталине лежит ответственность не только за гибель бесчисленных невинных людей, за нашу неподготовленность к войне...".

В числе подписантов, помимо Сахарова, были Петр Капица и Майя Плисецкая, Константин Паустовский и Корней Чуковский, Олег Ефремов и Валентин Катаев, Михаил Ромм и Иннокентий Смоктуновский... А вскоре как бы "вдогонку" к письму двадцати пяти было составлено и еще одно аналогичное по смыслу обращение, ставшее известным как "Письмо тринадцати": к нему присоединились Андрей Колмогоров, Илья Эренбург, Григорий Чухрай, Вано Мурадели и др.

Письма не остались без ответа. На XXIII съезде КПСС первый секретарь Московского городского комитета КПСС Н.Г. Егорычев заявил: «В последнее время стало модным… выискивать в политической жизни страны какие-то элементы так называемого „сталинизма“, как жупелом, пугать им общественность, особенно интеллигенцию. Мы говорим им: „Не выйдет, господа!“».

И тем не менее реабилитации сталинизма и отмены решений ХХ съезда не состоялось, скорее всего - именно благодаря тому, что интеллигенция не промолчала. По крайней мере, не состоялось официально. Не состоялосьтогда.
sakharov

(no subject)

Сегодня - Европейский день памяти жертв сталинизма и нацизма, о чем Гугл-Новости на все бесчисленные русскоязычные СМИ предлагает аж 145 ссылок; если исключить перепосты и СМИ стран Балтии, останется - по пальцам пересчитать. И понятно же, и почему не пишут у нас, и почему пишут в Прибалтике: потому что датой выбран день заключения пакта Молотова-Риббентропа. А инициатором введения этого памятного дня был Вацлав Гавел.

Вечная память погибшим от, возможно, самого большого зла в истории человечества.
sakharov

любопытный документ из Сахаровского архива



Это записка зам.председателя КГБ СССР В.М. Чебрикова в ЦК КПСС о «политически вредной деятельности» академика Сахарова – участии в создании Комитета прав человека, полный текст можно прочитать здесь.

А любопытно в этом документе следующее: фамилия Сахарова вписана от руки. Почему? Можно было бы предположить, что это некая универсальная рыба, в которую фамилию фигуранта вписывали в зависимости от того, кому надо было испортить жизнь, но, во-первых, в советском делопроизводстве такое легкомысленное отношение к бумаге было немыслимо, во-вторых, слово "академик", отпечатано как положено, на машинке. Тогда, может быть, секретность? Может, фамилию скрывали от глаз этих самых делопроизводителей и прочих младших секретарей? Или есть другие объяснения?
sakharov

Читаем Сахарова

Из "Воспоминаний" (из главы "Дом в Щербинках. “Режим”. Кражи и обыски. Общественные выступления. Научная работа. Люся в эти годы" - о жизни в ссылке)
"Все эти годы, когда я выхожу из дома, за мной немедленно следуют “наблюдатели” из КГБ. Многих из них я знаю в лицо. В лесу это иногда парочка, изображающая “любовь”. Иногда это наблюдатель, который прячется за толстым стволом дерева в двух шагах от нас; если мы его заметили и ему некуда спрятаться, он стремительно убегает. Когда в 1981 году мы с Люсей стали ездить на машине, гебисты тоже стали ездить за нами, обычно на двух машинах. Иногда они “пугали”, создавая ситуацию, похожую на аварийную. И машины, и пешие сопровождающие обычно меняются на протяжении одной поездки: в общем, государственных, а верней – народных, денег не жалеют. Какую цель они преследуют? С одной из них я непрерывно сталкиваюсь – они не дают позвонить по телефону-автомату в Москву, или в Ленинград, или куда-либо еще: забегают передо мной на любую почту по дороге и, очевидно, дают команду выключить аппарат, во всяком случае он оказывается “неработающим” (читатель, конечно, помнит, что в квартире телефона нет; более того, телефон у нас в Москве на улице Чкалова и даже на даче выключен еще 22 января 1980 года). Очень редко мне (и Люсе – на нее тоже распространяются эти фокусы) удается обмануть их бдительность. Например, недавно, когда я беспокоился о здоровье Наташи в Ленинграде, я вышел с помойным ведром, оставил его у помойки и, не заходя обратно в дом, забежал на почту (после этого случая, вплоть до 16 декабря 1986 года, милиционер выходил вместе со мной и Люсей к помойке). Другая их цель (вероятно, главная) – пресечь возможность контактов с людьми на улицах. Опасаются ли они, что я сделаю попытку явочным порядком уехать в Москву? Вряд ли, тут они знают свои “возможности” (я тоже)".
sakharov

а знаете ли вы?


Этот величественный генерал - Алексей Семенович Софиано, дед академика Сахарова по материнской линии, участник русско-турецкой войны 1877-1878 гг. и русско-японской войны.
Collapse )

Collapse )

И совершенно удивительная история о том, как судьба предков А.Д. Сахарова пересеклась с судьбой Пушкина. Раскопала ее Е.Г. Боннэр, которой для этого понадобилось съездить в Грецию, откуда пошел род Софиано.
Collapse )